|
 |
Интервью подготовил Юрий ПАНКОВ. |
Визитная карточка
Ален Ришар родился в 1945 году в Париже. В 1967 году окончил филологический и юридический факультеты Парижского университета, Институт политических исследований, в 1971 году Национальную школу администрации.
В 1971-1978 гг. преподавал в университетах Реймса, Парижа и в Институте политических исследований.
С 1977 по 1997 год — муниципальный советник, затем мэр города Сент-Уэн-Л’Омон под Парижем.
С 1978 по 1993 год — депутат Национального собрания Франции, вице-спикер Национального собрания (1987-1988 гг.), генеральный докладчик парламентской комиссии по финансам (1988 - 1993 гг.), постоянный судья в Верховном суде.
Член Французской социалистической партии (ФСП) с 1975 года. В 1993 году назначен национальным секретарем ФСП. В 1995 году стал сенатором, членом комиссии Сената по финансам.
После победы коалиции левых сил во главе с ФСП на парламентских выборах 1997 года назначен министром обороны страны.
Женат, трое детей.
- Господин министр, это уже не первая ваша встреча с министром обороны РФ Маршалом Российской Федерации Игорем Сергеевым. Как вы оцениваете нынешний уровень отношений России и Франции в военной сфере? Какие мероприятия по военному и военно-техническому сотрудничеству можно ожидать в ближайшее время?
- Действительно, в течение последних трех лет я не раз имел возможность разговаривать с министром обороны РФ, маршалом Российской Федерации Игорем Сергеевым. Но это мой первый официальный визит в Россию по приглашению маршала Сергеева. Этот визит так же, как и визит моего российского коллеги во Францию в январе 1998 года, вписывается в перспективу новых отношений, которые Франция и Россия намерены проводить в жизнь в области политики обороны и безопасности. Мой визит в Москву для углубленных переговоров с маршалом Сергеевым и другими государственными деятелями, отвечающими за вопросы безопасности и обороны, отвечает взаимному стремлению развивать на регулярной основе доверительные рабочие отношения между двумя правительствами. После встречи в Париже в октябре прошлого года между президентами Французской Республики и Российской Федерации и работы межправительственной комиссии под сопредседательством господина Жоспена и господина Касьянова в ноябре 2000 года созданы все политические механизмы для того, чтобы придать новый импульс стратегическому партнерству между Францией и Россией. На наш взгляд, важно реализовать политические успехи, которыми были отмечены и встреча на высшем уровне ЕС - Россия, прошедшая в Париже в конце октября 2000 г., и встреча на высшем уровне в Ницце в декабре 2000 г., которая завершила председательство Франции в Европейском Союзе.
В рамках обновленного сотрудничества между российским и французским министерствами обороны взаимодействие осуществляется, как вы знаете, по трем основным направлениям: диалог по вопросам безопасности и стратегической стабильности, обмены по линии военных ведомств, обмены по проектам в области технологии и промышленности.
В нашем еще нестабильном мире в условиях новой стратегической обстановки на Европейском континенте требования безопасности должны учитываться в постоянном процессе реформирования государств и экономик, реорганизации оборонных систем. В течение ближайших месяцев мы хотели бы развивать военно-политические консультации с ответственными представителями центральных ведомств. Представители двух наших стран должны одновременно обсуждать вопросы эволюции политики обороны, военных доктрин и доктрин безопасности. Регулярные консультации по вопросам обороны и стабильности, которые мы хотели бы проводить с нашими российскими партнерами, касаются таких тем, как предупреждение и разрешение кризисных ситуаций, в особенности на Балканах и в Кавказском регионе; сохранение безопасности на континенте, принимая во внимание прежде всего цели европейской обороны, реформы оборонительных систем; доктрины и их ядерные составляющие.
Когда речь идет об отношениях между нашими вооруженными силами, приоритет должен отдаваться совместным оперативным тренировкам и подготовке персонала в рамках стажировок для офицерского состава. Что касается проектов в области промышленности и технологии, то они касаются авиационной и космической сферы.
- Одной из самых актуальных международных проблем остается возможность реализации США программы национальной ПРО в обход Договора от 1972 года. И Россия, и Франция уже однозначно высказались против таких планов. Возможно ли взаимодействие наших стран в данном направлении? Как относится Франция к российской инициативе создания европейской системы нестратегической ПРО?
- Вы правы, подчеркивая общую озабоченность России и Франции в том, что касается судьбы Договора по ПРО. Французские власти, так же, как и российские, неоднократно публично отмечали свою приверженность этому договору. Мы действительно считаем, что этот документ имеет особое значение для поддержания стратегической стабильности. Но наши страны находятся тем не менее в разном положении, поскольку Франция не является участником этого двустороннего договора между Россией и США и не может таким образом оказать прямое влияние на его будущее. Решение о развертывании системы ПРО территории США было отложено президентом Клинтоном. Таким образом, на этой стадии нам следует, каждому в соответствии со своей ролью, продолжать участвовать в международных дискуссиях, начатых с США и другими заинтересованными странами. Необходимо, чтобы мы все вместе ответили на вызовы, которые ставит перед нами распространение оружия массового уничтожения и их носителей – в особенности ракет, не ставя при этом под вопрос те выгоды, которые дает существование Договора по ПРО.
Российское предложение о создании европейской системы нестратегической противоракетной обороны является новым вкладом в эту международную дискуссию. Конечно, оно требует технических, финансовых и политических уточнений. В этой связи также может возникнуть вопрос о его юридической совместимости с Договором по ПРО. При этом противоракетная оборона (тактическая или стратегическая) не может стать единственным ответом на распространение баллистического оружия: чтобы затормозить этот процесс, мы одновременно должны предпринимать последовательные политические и дипломатические усилия. В этой связи мы придаем важнейшее значение проделанной работе по выработке международного «кодекса поведения» в рамках Режима контроля за ракетными технологиями, который теперь надо претворять в жизнь.
- Динамичный процесс создания совместных военных структур Европейского Союза вызвал самые противоречивые комментарии. Каковы цели формирования новых структур, каким должно быть их соотношение с существующими механизмами НАТО?
- Европейская оборона исходит из фундаментальной реальности: европейцы имеют многочисленные общие экономические, социальные интересы и интересы безопасности. Они разделяют стремление к союзу стабильных демократий в стабильном окружении. Приверженность к этому лежала в основе европейского строительства. Она же стимулирует сегодня наши усилия по созданию европейской обороны. Эти усилия были вознаграждены, ибо за последние полтора года европейская политика безопасности и обороны проделала впечатляющий путь вперед. Тот процесс, который сейчас идет, не нов. Уже в 1992 г. в Маастрихтском договоре содержались первые положения, касающиеся общей внешней политики и политики безопасности, а Совет министров Западноевропейского союза принял решение об усилении оперативной роли этой организации. Эти решения уже тогда принимали в расчет как эволюцию международной стабильности, так и развитие Европейского Союза в качестве политического целого. Положение государств, входящих в ЕС, характеризуется тем, что они разделяют некоторые жизненно важные интересы и ценности, которые и позволяют создать международную политику обороны и безопасности. В то же время такая позиция может оказаться веской лишь в том случае, если она опирается на эффективные органы и серьезные военные возможности, на создании которых в настоящее время сосредоточены усилия Европейского Союза.
Эти усилия предназначены для обеспечения Евросоюза необходимыми структурами и средствами для реагирования в кризисных ситуациях, в рамках так называемых «Петерсбергских миссий». Под эту категорию подпадает эвакуация граждан, миссии по поддержанию мира. Речь не идет об агрессивной политике по отношению к кому бы то ни было, а наоборот, о том, чтобы упрочить международную безопасность и способствовать поддержанию мира. Речь также не идет о создании европейской армии, а о том, чтобы располагать рядом сил, предоставляемых отдельными странами на национальной основе, компоненты которых могли бы быть использованы для решения кризисных ситуаций вне границ ЕС при согласии соответствующих столиц и при наличии мандата ООН. Обеспечение Евросоюза способностью быстро реагировать на кризисные ситуации и соответствующими командными структурами совместимо с политикой обороны всех 15 членов ЕС. Создание такой возможности не идет вразрез ни с политикой неприсоединения к военному союзу, проводимой некоторыми странами, ни с ролью НАТО. Государства - члены Европейского Союза, таким образом, вновь подтвердили, что Североатлантический альянс остается основой коллективной обороны его членов.
Создавая инструменты европейской обороны, 15 европейских государств не подразумевают создания нового комплекса военных средств. Речь идет о приспособлении к новым условиям применения национальных средств, с помощью которых европейцы смогут проводить военные операции под командованием либо ЕС, либо Североатлантического альянса в зависимости от того политического выбора, который будет сделан. Европейская политика безопасности и обороны не предусматривает ослабления связей с Североатлантическим альянсом. НАТО остается основой трансатлантической безопасности, но при этом Европейский Союз теперь сможет лучше исполнять свою роль, брать на себя ответственность и обеспечивать свое участие. Он обладает исключительным преимуществом: располагает всеми гражданскими и военными средствами, необходимыми для урегулирования международных споров, от дипломатического контроля в предкризисной ситуации до финансовых, административных и технических возможностей для ведения восстановительных работ после завершения фазы возможного задействования военных сил.
Европейский Союз всегда заявлял о своей готовности к проведению консультаций и участию третьих стран в вопросах военного урегулирования кризисов. На саммите в Ницце приняты соответствующие договоренности и подтверждены заключительные выводы саммита ЕС - Россия в Париже, на котором была принята совместная декларация об углублении диалога по вопросам политики и безопасности в Европе, предусматривающая, в частности, особые отношения в вопросах безопасности и обороны.
- Сегодня многие говорят о необходимости коренной реформы Североатлантического альянса и недопустимости его превращения в «мирового жандарма». Какова ваша позиция по этому вопросу?
- Принцип «коренных реформ» Североатлантического альянса не новый. Вот уже 52 года этот принцип лежит в основе различных преобразований, осуществляемых альянсом в его постоянном стремлении приспособиться к изменениям геостратегического характера. В этой связи саммит в Вашингтоне является важным этапом, самым ярким моментом которого было одобрение новой стратегической концепции. 50-летний юбилей Североатлантического альянса подтвердил основы усилий альянса по приспособлению к современным условиям. Углубление «Партнерства ради мира» и взаимоотношений НАТО - Россия вписывается в контекст этого развития.
Эта деятельность, которая продолжается при поддержке Франции, должна прежде всего дать Североатлантическому альянсу способность лучше реагировать на новые вызовы, возникшие в евроатлантическом пространстве. Она нисколько не направлена на то, чтобы придать НАТО какую-либо способность действовать повсюду в мире. Термин «мировой жандарм» должен как таковой быть отвергнут полностью. По своей сути НАТО является оборонительным союзом, объединяющим государства - члены евроатлантической зоны, роль которого в данных географических рамках ограничивается защитой их общих интересов безопасности.
- Военная реформа во Франции практически ровесница российской. Недавняя критика во французском парламенте состояния вооруженных сил страны, очевидно, свидетельствует о том, что не все вопросы военной реформы во Франции уже нашли практическое разрешение. Что уже удалось сделать в рамках преобразований, какие проблемы на повестке дня?
- Подготовка к реформе системы обороны во Франции была начата в 1995 году, год спустя после публикации новой Белой Книги. Решение о переходе к профессиональной армии было принято в 1996 году. Оно реализуется в рамках закона о военном планировании на 1997-2002 гг. Это решение подразумевает, в частности, отмену обязательной военной службы и переход к набору контрактников. В период с 1997 по 2002 год численность вооруженных сил сократится на 30 проц. Общая численность ВС будет доведена в 2002 году до 440.000 чел., 81.000 из которых - гражданские лица, а 359.000 - военные. Эта реформа долгосрочная. Она отвечает требованиям новой модели армии «перспективы 2015 года». Такая модель позволит Франции действовать чаще всего в контексте международных операций с вовлечением ее партнеров и союзников.
В настоящее время основная работа по реструктуризации уже сделана. Она проводилась с учетом необходимости свести до минимума ущерб экономике регионов, что удалось сделать благодаря заинтересованной деятельности министерства обороны и предоставлению финансовой помощи. К концу 2002 года будет завершена профессионализация армии и структурная реформа сил, которые будут лучше адаптированы к использованию в рамках международных операций (возросшая модульность, бригадная организация, реорганизация командования и штабов вооруженных сил). В целом были достигнуты цели модернизации техники в рамках ограниченных и разумно использованных бюджетных ресурсов. Это потребовало применения новых методов в обращении с программами вооружений в целях снижения их стоимости (совместная работа инженеров и военных, привлечение промышленников на самой ранней стадии создания проектов, усиление контроля за финансовыми расходами).
Однако для полного достижения целей создания новой модели армии необходимо продолжать модернизацию ее оснащения. Этот новый этап предусмотрен в рамках будущего закона о военном планировании, который рассчитан на период 2003-2008 гг. Этот закон позволит выпускать новую технику (транспортный самолет А 400М, вертолет NH 90), а также продолжать осуществление существующих программ вооружений (истребитель «Рафаль», вертолет «Тигр», фрегат «Оризон»…). Новый закон поставит приоритетом укрепление профессиональной армии: кажется действительно необходимым принять специальные меры, чтобы сделать военную карьеру более привлекательной, что позволит пополнять вооруженные силы ежегодно примерно на 30.000 человек (мужчин и женщин). Необходимо также, чтобы уровень подготовки вооруженных сил был приведен в соответствие с будущими требованиями проведения международных операций и необходимости быстроты реагирования.
 
|
