на главную страницу

1 Сентября 2005 года

Армия и общество

Четверг

Война и мир Сергея Шаврина

Тамара САПЕГИНА, «Красная звезда».



Высокий красавец под два метра ростом, плечистый, про таких обычно говорят – косая сажень в плечах, смущается: он не привык много говорить о себе. К тому же было заметно, что Герой России полковник запаса Сергей Шаврин в гражданской одежде чувствует себя не очень-то уютно…


     ДВА года назад он снял военную форму. Его судьба больше не зависела от приказов вышестоящего командования. Теперь, наконец, он мог принадлежать себе, наслаждаться общением с семьей, которая за двадцать лет службы видела его от силы несколько месяцев в году. А самое главное, что от Сергея больше не требовалось рисковать собой, спасая чьи-то жизни… И все же до сих пор снятся сны «про войну». Воспоминания о том времени, спрессованном в дни, месяцы бесконечных командировок «туда», где требовалась помощь его подразделения со звучным названием «Вымпел», никак не хотят отпускать спецназовца Сергея Шаврина.
     Десять лет прошло с того первого дня нового 1995 года, но и сегодня он помнит операцию в Грозном до мельчайших деталей.
     - Моя группа участвовала в штурме, – рассказывает Сергей Шаврин. - Картинка по телевизору – сгоревшие танки, обугленные трупы… Представляете, каково было смотреть это нашим семьям? За то время, что телефон молчал, моя жена Аленка похудела на семь килограммов…
     А сколько их, чьих-то мужей, отцов, сыновей больше никогда домой не вернулись. Среди них и его друзья.
     – Был случай, – вспоминает Шаврин, – когда в общежитии около ста сотрудников ФСБ оказались в окружении. Боевики кричали: «Сдавайтесь, будет вам жизнь и коридор безопасности…» Четыре дня длилась оборона. Когда начался пожар, решили прорываться к своим. Две группы пробились, а третья попала под шквальный огонь. Оставшиеся в живых вернулись обратно. Днем они держали оборону, а ночью пошли на прорыв. Прикрывали их несколько спецназовцев под командованием моего заместителя Сергея Ромашина. Группа прорвалась. Но Сергея среди них не было. Мы с двумя «вымпеловцами» пошли на подмогу к своим со стороны Ханкалы. Не буду утомлять подробностями этой операции. Просто скажу, что пришлось тогда пойти на переговоры к боевикам. Многие считали, что живым меня не выпустят. Но у меня была цель: забрать тела погибших и узнать о судьбе друга. У нас в спецназе это свято исполняется – любой ценой спасти товарища. А если погиб, вытащить его, унести с поля боя. Спецназ своих никогда не бросает! По отрывочным сведениям удалось узнать, что случилось с Ромашиным. Получив осколочное ранение в правое легкое, он продолжал руководить группой. Когда был ранен в ногу, понял, что шансов спастись у него нет. До последнего прикрывал отход товарищей, а потом сделал свой выбор: предпочел смерть плену.
     Позже именем Героя России Сергея Ромашина назовут школу в Южно-Сахалинске, где он учился…
     Справка из личного дела: «Полковник Шаврин Сергей Иванович был командирован в «горячие точки» четырнадцать раз».

     КАК ЧЕЛОВЕК, отлично знающий цену жизни и смерти, он ненавидит фальшь, лицемерие, равнодушие к человеку. И многое бы отдал за то, чтобы большинство россиян не были постоянно на грани выживания.
     – Наш русский солдат, – считает он, – самый лучший в мире. Он как никто другой должен быть уверен в завтрашнем дне. А ведь ни для кого не секрет, что государство далеко не всегда выполняет свои обещания по отношению к своим защитникам. Пока здоров, полон сил – еще нужен, стал инвалидом - отмахнется. А уж о погибших вспоминает, но так неохотно… Сколько, увы, таких примеров!
     Михаил Кузнецов, друг Сергея, погиб 3 сентября. «Это был день рождения его жены Татьяны… Всю свою жизнь она будет вспоминать этот день со слезами на глазах. Я не знаю, какие могут быть слова утешения. Не смог найти тогда, не могу и сейчас…» – видно, как тяжело даются Сергею Шаврину эти слова.
     Как ему забыть и Андрея Туркина, который, увидев гранату в руках террориста, успел сбить его с ног и накрыть осколки собой… Спасая чужих детей, он своих оставил без отца.
     Сергей рассказывает, что тогда в Беслане около тридцати спецназовцев были ранены. Героями России стали пять человек. Четверо из них – посмертно…
     – Да, общественность помогает семьям погибших. Бизнесмены, организации ветеранов… Но это обязательно должно делаться на государственном уровне. У ветеранов есть два стимула к действию: заставить государство себя уважать и помогать достойно жить семьям друзей, погибших при выполнении воинского долга. Ради этого они создают предприятия, банки, охранные фирмы, различные организации. Выйдя на пенсию в относительно молодом возрасте, еще можно успеть найти себя на новом поприще, где нужны их знания, сила духа, порядочность, организаторские способности. И конечно – обостренное чувство справедливости. То, чего так не хватает многим чиновникам и руководителям любого звена.
     Сергей Шаврин приводит множество примеров того, как ему самому и его подчиненным приходилось преодолевать бюрократические препоны, устраивая своих детей в школу, детсад… Как после боевой командировки, получив заветную семейную путевку в санаторий, ребята не могли воспользоваться ею, потому что их детей до 7 лет туда не брали, а бабушек-дедушек рядом не было…
     Он твердо убежден, что воевать, уж если приходится, должны только профессионалы.
     - Нас, группу спецназа, всегда первыми бросали в бой. Ведь мы когда-то прошли жесткий отбор, тренировались всю свою сознательную жизнь, у нас есть опыт. Это не 18-летние солдатики, которые несколько раз постреляли из автоматов на полигоне. Мы с гораздо меньшими потерями брали рубежи, захватывали выгодные позиции.
     Ему было по-отечески жаль тех солдат, совсем еще мальчишек, которые приходили в войска и сразу попадали на войну. Как забыть глаза одного из них? Раненого, его вытащили из развалин. Кажется, вот-вот простится с жизнью. А он, едва живой, шепчет пересохшими губами:
     - Автомат мой старшине отдайте… Я за него расписывался…
     Там, на войне, он особенно часто вспоминал своих сыновей, Сергея и Сашку. Сейчас им 16 и 14 лет…
     На вопрос, какие он дает жизненные установки своим детям, Сергей с улыбкой пожимает плечами:
     - Ну, если что не так, обязательно напомню: в ваши годы Гайдар уже полком командовал! Правда, особых хлопот мальчишки мне не доставляют: учатся на пятерки, увлечены, как и все нынешнее поколение, компьютером. Старший, Сергей, на летних каникулах устроился на работу. Я этому рад, пусть узнает цену деньгам. Пойдет ли кто-то из них по моим стопам, пока не знаю…
     А Сергей с детства мечтал стать военным. Хотя родители - инженеры, не имели к армии никакого отношения. Но он поступил в Московское суворовское военное училище, затем в Московское пограничное….

     СЕЙЧАС, спустя много лет, размышляя о том, как сложилась его судьба, Сергей Иванович Шаврин ни о чем не жалеет. Ну, может быть, лишь о том, что так быстро летят годы. Но к своим сорока он сделал для своей Родины все, что мог, а может быть, даже больше.
     Есть конкретная цена любви к своему Отечеству. И Герой России Шаврин, офицер элитного спецподразделения «Вымпел», сменив военную форму на гражданский костюм, все равно остался патриотом. А для таких людей и на войне, и в мирной жизни всегда найдутся достойные дела.


Назад

Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства

Rambler TOP 100 Яndex