на главную страницу

14 Февраля 2007 года

История Отечества

Среда

ВСПОМНИМ, ТОВАРИЩ, КАК ВСЕ ЭТО БЫЛО…

Геннадий МИРАНОВИЧ, «Красная звезда».



     Смотрю на эти снимки, сделанные в разное время Алексеем Ефимовым, Владимиром Смоляковым, Виктором Хабаровым и другими моими коллегами по «Красной звезде», и вспоминаю неимоверно жаркий даже по афганским меркам июнь 1988 года. Первый этап вывода Ограниченного контингента советских войск идет в точном соответствии с Женевскими соглашениями.
     В Кундузе, на базе 201-й мотострелковой дивизии, проходит сбор офицеров, на котором уточняются детали операции по выводу 860-го отдельного мотострелкового полка из провинции Бадахшан. Одним из первых о готовности к действиям по обеспечению выхода мотострелков командующему 40-й армией Герою Советского Союза генерал-лейтенанту Борису Громову докладывает командир 345-го отдельного парашютно-десантного полка Герой Советского Союза гвардии подполковник Валерий Востротин. Докладывает обстоятельно, со знанием дела (это уже пятый гарнизон, вывод которого обеспечивает 345-й опдп) и... со свойственной ему напористостью. Командарм в целом утверждает план действий, но просит еще и еще раз проявлять выдержку, осмотрительность, не горячиться, беречь людей. «Никакой беспечности, за каждого раненого, убитого будете отвечать лично», – жестко заключает он, обращаясь уже ко всем собравшимся.
     

     СПРАВКА. К моменту подписания соглашений (апрель 1988 г.) численность контингента составляла 100,3 тыс. человек. На первом этапе вывода (15 мая - 15 августа), оставив Джелалабад, Газни, Гардез, Файзабад, Кундуз, Лашкаргах и Кандагар, на Родину возвратятся 50,2 тыс. человек. При этом афганским вооруженным силам будут переданы казарменно-жилищный фонд, коммунальные сооружения и оборудование, квартирное имущество в 58 военных городках.
     

     Разговор окончен – по машинам. Пользуясь моментом, едем на временную стоянку десантников. Это здесь же, под Кундузом. Вокруг – чистое поле. Ни деревца, ни ветерка, духота неимоверная. Пока суть да дело, прошу Востротина подробнее рассказать о своем замысле. Видимо, под впечатлением напутствия командарма он не очень-то разговорчив. Но кое-что все же удается «выудить». Десантники должны блокировать
     36-километровый участок дороги, по которой мотострелки будут выдвигаться из Файзабада на Кундуз. Блокировать – значит занять командные высоты. Их 27, высота – 1,5 – 2 тыс. метров. С собой, кроме личного оружия, – крупнокалиберные пулеметы и минометы, боекомплект на трое суток боя, запас продовольствия. Вода (при упоминании об этом Валерий облизывает пересохшие губы) – 36 литров на взвод. Это три РДВ-12 (резервуар для воды на 12 литров). Кроме того, по две полуторалитровые фляги «на нос».
     В каждом батальоне специальная группа из двадцати человек (группа обеспечения). Это самые подготовленные ребята, которым предстоит нести на себе и свой боекомплект, и все эти РДВ для тех, кто сидит на высотах. Одну из таких групп поведет кавалер ордена Красной Звезды капитан Сергей Брехов. Со слов Востротина торопливо записываю фамилии других «кавалеров»: капитан Алим Махотлов, старший лейтенант Сергей Коршиков, лейтенант Лев Ермолаев, старший сержант Игорь Николаев, ефрейтор Михаил Богатов, рядовой Александр Щербенок... Такое впечатление, что у него весь полк в орденах и медалях!
     Спрашиваю, что он считает самым трудным для себя. Ответ следует мгновенно – форсирование Кокчи. Во-первых, надо искать новые броды, поскольку старые из-за интенсивного таяния снегов в горах наверняка затоплены, да и подступы к ним могут быть заминированы, а снимать мины ночью – дело рискованное. Во-вторых, в этих местах действует банда Саида Джамала, все командные высоты ему известны, и нет гарантии, что он будет соблюдать нейтралитет.
     – Какой же выход?
     – Выход один, – тихо, словно опасаясь, что нас могут подслушать, произносит Востротин, – прорываться! Реку попробуем проскочить на машинах там, где пошире. Разведка уже работает. Не удастся форсировать с ходу, перекинуть веревочные лестницы – десантируемся на вертолетах...
     

     СПРАВКА. 860-й отдельный мотострелковый полк на тот момент был последним нашим форпостом, остававшимся на северо-востоке Афганистана. Его воины участвовали во многих боевых операциях, проявляя при этом мужество, смелость и находчивость. Несколько месяцев (конец 1982 – начало 1983 гг.) им командовал будущий герой чеченской войны, председатель Комитета Госдумы по обороне Лев Рохлин. Полк стоял в излучине реки Кокча в пяти километрах восточнее города Файзабада (административный центр провинции Бадахшан).
     

     Так и получилось. К началу операции уровень воды в Кокче поднялся еще на несколько метров. О форсировании с ходу сметавшей все на своем пути словно взбесившейся реки не могло быть и речи. Плюс огонь душманов – Джамал все-таки решился дать бой десантникам. Для переброски людей и вооружения на противоположный берег пришлось использовать «вертушки».
     И снова, как уже бывало не раз, на помощь «голубым беретам» пришли вертолетчики 181-го отдельного полка под командованием полковника Геннадия Леонова. Полка, в списках которого на тот момент числились пять Героев Советского Союза.
     В общем, к утру дорога на Файзабад будет пробита. По ней сразу же пойдут колонны с продовольствием и горючим для местного населения и гарнизона афганской армии. А командир 860-го омсп подполковник Владимир Башкиров в присутствии Мухамана Вакифа, партийного функционера из провинции Бадахшан, чуть ли не со слезами на глазах передаст городок командиру афганского пехотного полка подполковнику Мухаммеду Хамаюму. Потом…
     Потом нас ждали 220 километров пути своим ходом до Кундуза. И какого пути! Помню, прилетевший вместе с нами в Файзабад офицер инженерной службы армии подполковник Михаил Певнев показал свою рабочую карту с данными разведки маршрута. На нем просматривалось до десятка разрушенных мостов, множество завалов, участков затопления, а километров 40 дороги вообще представляли собой сплошное минное поле. На этих минах, кстати, мы и понесли тогда первые потери – подполковник Александр Соляников и Александр Ферко (разведчик и артиллерист) подорвались в БТР на одном из хитроумных душманских фугасов. Вечная память им и всем, кто не вернулся с той дороги, с той до сих пор не всеми понятой войны. Их, не дождавшихся звездного часа возвращения, более 14 тысяч...
     Тем не менее, как ни труден был путь домой, после 15 августа 1988 года (дата окончания первого этапа вывода) наши гарнизоны оставались только в шести провинциях Афганистана (Кабул, Герат, Парван, Саманган, Балх, Баглан). Контингент, насчитывавший к началу мая, как уже говорилось, 100,3 тыс. человек, уменьшился до 50,1 тысячи.
     Затем по не зависящим от армии причинам будет перерыв. Еще долгие полгода десятки тысяч шурави будут тянуть кровавую лямку необъявленной войны. Многим из них, в том числе и десантникам теперь уже полковника Востротина, еще предстоит пробиваться на Родину сквозь заслоны душманов и снежные лавины Саланга.
     Но все же наступит 15 февраля 1989 года, когда, пройдя часть пути пешком по мосту через Амударью в качестве замыкающего арьергарда 40-й армии, командарм Громов объявит: «Мы исполнили свой долг...» И это будет святая правда. Провоевав более девяти лет в Афганистане, мы никого там не победили. И вот теперь, слава Богу, вернулись, не взяв на душу лишнего греха и, за редким исключением, как заметит потом в популярной песне один из кумиров российской эстрады, свою честь не изгадив.
     

     СПРАВКА. По уточненным данным, которые приводит в своей книге «Афганская страда» президент Академии военных наук генерал армии Махмут Гареев, возглавлявший после вывода наших войск советскую оперативную группу при президенте Наджибулле, армия потеряла в Афганистане (убитыми, умершими от ран и болезней, погибшими в результате различных происшествий) 13.833 человека, подразделения КГБ – 572, МВД – 28, другие ведомства – 20 человек. Общее число погибших, включая 190 военных советников, специалистов и переводчиков, работавших в афганской армии, – 14.453. Санитарные потери составили 49.983 человека, из них 38.614 (77 процентов) возвращены в строй. Стали инвалидами 6.669 человек.
     

     ...Я смотрю на эти снимки почти двадцатилетней давности и с теплом в душе вспоминаю замечательных людей, с которыми подружился на той войне, наш прекрасный военный городок, о котором потом кто-то из доморощенных поэтов напишет: «Файзабад, Файзабад, ты и рай был, и ад…» Жаль, что и его постигла печальная участь сотен таких же городков, варварски разграбленных афганцами сразу после нашего ухода. Да, те 179 военных городков (32 гарнизона), которые мы великодушно оставили в Афганистане со всем казарменно-жилищным фондом, коммунальными объектами и оборудованием, – это тоже наши потери.
     А разве могли предположить, отправляясь на Родину, наши новоявленные ветераны, что вскоре многим из них, по сути дела брошенным на произвол судьбы государством, придется бороться за выживание. Однако ни беспредел бюрократов и коррупционеров, присосавшихся к льготам для «афганцев», ни заказные убийства лидеров их организаций, как известно, не сломили волю обожженных войной людей к единению. Они боролись, создавая свои организации, помогая друг другу. И не только выжили, но стали активной общественной силой. Кто не знает, например, о Российском союзе ветеранов Афганистана (РСВА), лидером которого является бывший десантник, ныне депутат Госдумы Франц Клинцевич. Сегодня даже трудно перечислить, сколько общественно значимых дел на счету этой организации, стоявшей у истоков афганского движения.
     В мае прошлого года исполнилось 15 лет Общероссийской общественной организации инвалидов войны в Афганистане (ОООИВА), которая насчитывает более 10 тысяч членов, имеет свои отделения в 63 субъектах Российской Федерации. Ее руководитель, бывший спецназовец Андрей Чепурной, возглавляет рабочую группу Российского организационного комитета «Победа» по взаимодействию с общественными объединениями инвалидов боевых действий.
     Наконец, в 1997 году создано Всероссийское общественное движение ветеранов локальных войн и военных конфликтов «Боевое братство». Объединяя участников 35 войн и конфликтов на территории 19 стран мира, эта мощнейшая организация, которую возглавляет последний командарм 40-й Борис Всеволодович Громов, представляет интересы трех миллионов ветеранов и членов семей погибших военнослужащих. В нее входят 19 общероссийских и межрегиональных ассоциаций, союзов, фондов, организаций, 46 региональных объединений в субъектах Российской Федерации. Создана международная организация «Боевое братство без границ», объединяющая представителей России, Белоруссии, Украины, Молдавии, Азербайджана, Армении.
     В то же время общественные движения, организации, какими бы мощными они ни казались, не решат все проблемы, скажем, тех же инвалидов. Тем более что их, к сожалению, не становится меньше. Данные статистики свидетельствуют о том, что из 14,8 млн. российских граждан, имеющих сегодня право на получение государственной социальной помощи, 959.670 являются инвалидами войны, а 916.065 – ветеранами боевых действий. В последнее десятилетие отмечается значительный рост числа инвалидов вследствие боевых действий и военной травмы. В частности, за пять лет (2001– 2005 гг.) впервые из числа бывших военнослужащих признаны инвалидами 118,5 тыс. человек, в том числе 15,6 тыс. – вследствие военной травмы. По учетным данным, в России проживают 27,2 тысячи инвалидов войны в Афганистане. Более 12 тысяч человек получили инвалидность в ходе локальных боевых действий на Кавказе и в Средней Азии. К сожалению, их численность растет из-за постравматических рас-
     стройств здоровья. Реабилитационная работа с такими инвалидами гораздо сложнее, чем просто медицинская помощь и социальное обеспечение.
     Все это, конечно же, требует выработки четкой стратегии развития законотворческой и правоприменительной практики в данной области. Вместе с тем взаимодействие властей с теми же общественными организациями, занимающимися проблемами молодых ветеранов, у нас, к сожалению, до сих пор не стало нормой жизни. Более того, в ряде регионов должным образом не соблюдается законодательство, скажем, о бесплатном обеспечении инвалидов войны специализированными автотранспортными средствами, колясками, протезами, жизненно необходимыми лекарствами. Не очень-то заметно растут и бюджетные расходы на реализацию законов об инвалидах, хотя в экономике страны, как известно, наблюдается оживление.
     А много ли слов в поддержку тех, кто выжил в Афгане, Чечне и других «горячих точках», слышим мы с трибун съездов разного рода политических партий? Лишь от даты к дате вспоминает о них, к сожалению, и пресса. Я уж не говорю о боевом опыте, напрочь забытом в штабных сейфах. А ведь именно в Афганистане наши войска впервые столкнулись с международным терроризмом. Именно там прошли подготовку Бен Ладен, Шамиль Басаев и другие главари банд наемников-убийц, которые впоследствии воевали с нами в Чечне, Таджикистане и других «горячих точках». Сколько лишних «шишек» набили мы себе там из-за своей забывчивости! То же самое, увы, может случиться и с «чеченским» опытом.
     Сами же «афганцы» не уповают только на государственную поддержку в виде льгот. Они исходят из того, что ограничение здоровья не означает ограничения способностей, таланта, стремления к самовыражению, к активной жизненной позиции, и учатся сами зарабатывать деньги. Сегодня под эгидой ОООИВА действуют сотни предприятий малого бизнеса. Они занимаются строительством жилья, торговлей, выпуском потребительских товаров, оказанием услуг населению. Ежегодно только из средств ОООИВА инвалидам и их семьям оказывается материальная помощь в пределах 5 млн. рублей.
     Недавно Президент России В.В. Путин своим распоряжением объявил коллективу ОООИВА благодарность за многолетнюю активную общественную деятельность по социальной поддержке ветеранов и патриотическому воспитанию молодежи. Это ли не лучшее свидетельство того, что «афганцы» продолжают достойно служить Отечеству.


Назад

Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства

Rambler TOP 100 Яndex